6 минут чтения

Как создавался русский язык: самые важные реформы

Современный русский алфавит наряду с болгарским, сербским, украинским и некоторыми другими представляет собой развитие древней славянской кириллицы. И если создана славянская письменность была искусственно, целенаправленно, то развивалась она очень плавно и естественно, «подстраиваясь» под культурные и социальные метаморфозы своих носителей. Именно во взаимосвязях алфавита с его «пользователем» мы и попробуем разобраться.

Во-первых, сразу обозначим, что алфавит (он же азбука) – это набор графических знаков, с помощью которых устная речь фиксируется на письме. То есть разговор наш пойдет не об изменениях лексического состава языка и речевых нормах, а именно о модификациях алфавита и орфографии – средствах визуального восприятия текста. Такое восприятие еще называют фасцинационной функцией азбуки – то есть какой эффект на наше восприятие текста при его считывании (осознанном или неосознанном) оказывает его «графический дизайн». В контексте фасцинации кириллица – это не просто ссылка на историческое происхождение системы знаков, а полноценный идеологический концепт. Соответственно, любая реформа алфавита или орфографии – попытка эту идеологию модернизировать. Разберемся на конкретных примерах.

Самыми масштабными в истории современного русского языка являются петровская и большевистская реформы русской графики, причем первая больше коснулась состава алфавита, а вторая – правописания.

Древнерусская книга

Реформа азбуки 1710 года наряду с военной, сословной, денежной и прочими реформами была важным элементом в задуманной Петром I мозаике «обновления» России. Её положения вызвали множество разногласий и разделили российскую интеллигенцию на два полярных лагеря, однако голоса критиков уже не имели значения: Петр был непреклонен. Направлены реформы были в первую очередь на упрощение алфавита и создание гражданской азбуки (тогда как существовала только церковная). К началу 18-го века население оставалось в большинстве своем безграмотным, а сложная азбука значительно усложняла борьбу с этой проблемой.

Итак, в результате реформы:
1. состав алфавита сократился почти на четверть (исчезли дублетные – одинаковые по звучанию – буквы);
2. добавились три новые литеры (э, й, ю);
3. изменились начертания некоторых букв (исчезли диакритики и титлы – надстрочные значки);
4. появилась дихотомия строчных и прописных букв;
5. была отменена буквенная запись чисел (до реформ каждой цифре соответствовала определенная буква) в пользу арабской цифири.

Особенно неприветливо в российском образованном обществе была встречена буква «э». Так, например. М.Ю. Ломоносов считал, что с функцией звука, обозначаемого нововведенной литерой, прекрасно справляется русская «е». Однако появление «э» в эпоху принятия реформы было критически необходимо: в русский язык хлынул поток заимствованных из европейских языков слов, в которых этот звук весьма распространен. В связи с отсутствием нужной буквы, как позже подметил ученый-филолог Я.К. Грот, до начала 18-го века в русском языке закрепились неправильные произношения: Европа вместо Эвропа, евнух вместо эвнух, Ева вместо Эва, Еврипид вместо Эврипид и так далее. Петровская реформа прекратила появление подобных ошибок.

Надпись начала ХХ века

Следующим переломным моментом для русской письменности стала реформа орфографии 1917-18 годов, проведенная по приказу Совета Народных Комиссаров. До сих пор распространено ошибочное мнение, что реформу «штурмом» провели только что пришедшие к власти большевики. Конечно, за год не мог быть составлен даже проект какой-либо филологической реформы: работу начали намного раньше (проект был готов уже к лету 1912-го года) опытные ученые–лингвисты под председательством А.А. Шахматова, и переход к новой орфографии по их замыслу должен был быть постепенным. Однако новая власть не упустила возможности воспользоваться моментом и презентовать реформу как продукт «нового мира», внедрить ее резко и бескомпромиссно, отвечая духу времени. Таким образом, современная нам орфография определилась главным образом положениями реформы 1917-18 годов:

1. исключены из алфавита буквы Ѣ (ять), Ѳ (фита), І («и десятеричное»). Их заменили «е», «ф», «и»;
2. исключен «ъ» (твердый знак) на конце слов, оканчивающихся на твердый согласный;
3. изменилось правило написания приставок на з/с: выбор теперь определяется первой буквой корня (перед корнем на глухую приставка оканчивается тоже на глухую и наоборот). Раньше могла быть только з;
4. устранены церковнославянские окончания «-аго/-яго» у прилагательных, причастий, местоимений в родительном и винительном падежах (живаго духа – живого духа);
5. упразднены различия окончаний местоимений разного рода: они, одни, одних, (вместо онѣ, однѣ, однѣхъ для женского рода).

Привычный нам алфавит

Сразу после принятия реформы Народный комиссариат просвещения приказывает «в кратчайший срок осуществить переход к новому правописанию», а «появление каких бы то ни было текстов по старой орфографии будет считаться уступкой контрреволюции, и отсюда будут делаться соответствующие выводы». Чтобы ускорить процесс перехода к новой орфографии (и поставить в тупик противников реформы), власть приказала прекратить отливку исключенных из русского алфавита букв, тем самым убрав их из матрицы наборных машин. А с упорством буржуазных изданий, которые продолжали печатать «еръ» на конце слов, боролись специальные патрули, приходившие в редакцию и буквально вырывавшие из печатных машинок кнопки с этой литерой (после этого в печати для обозначения разделительного «ъ» их заменяли апострофом).

Как мы видим, самые масштабные реформы русской азбуки происходили в период не менее масштабных идеологических переломов. И если новая лексика приходила, как правило, одновременно с появлением своего означаемого (кавалерия, галстук, генерал – при Петре I; пионер, комсомол, октябренок - при Советской власти) и была необходима для элементарного называния явлений, то изменения правописания всегда нарушали привычку, из-за чего казались (не всегда справедливо) насильственно насаждаемыми. В любую эпоху государственная власть осознавала фасцинационную функцию письма и использовала ее как рычаг изменения общества. Так, по замыслу Петра I русская азбука должна была измениться в своих начертаниях подобно тому, как и русскому человеку следовало теперь одеваться в иностранное платье. Целью большевиков же было отбросить дореволюционное правописание - и мы видим, что эффект в итоге именно такой, как и планировалось: дореволюционное написание графически так сильно отличается от послереволюционного, что спутать их невозможно, даже не читая текста. При этом информационный элемент алфавита оставался неизменным в обоих случаях.

Филолог, зумер, гедонист
Дарья Понурова
Made on
Tilda